Еще и переписывать могут несколько раз, и акценты смещать.
Согласна что все переписывают......
Вот уже второй раз встречаю статью про этот детский концлагерь в Литве......
"«
Концлагерь для них курорт»
Через 73 года после Победы известный мемориал неподалёку от Риги понемногу разрушается. Люди несут в память о маленьких узниках цветы и игрушки, зато латвийские политики называют убийства детей «советской пропагандой».
Ледяной ветер насквозь продувает огромную поляну, окружённую лесом. Если пойти отсюда вглубь чащи, легко найдёшь сосны со светлыми стволами: обезумевшие от голода узники Саласпилса съели на деревьях кору в человеческий рост - куда только смогли дотянуться. В октябре 1941 г. немцы привозили сюда советских военнопленных и целыми группами сваливали прямо в осеннюю грязь. Люди за колючей проволокой жили в чудовищных условиях - на голой земле, без крыши над головой, под дождём и снегом. Узников почти не кормили… они питались пожухлой травой, выкопанными кореньями, жевали полусгнившие тряпки, в которые превратилась их армейская форма. Почти все (несколько тысяч) умерли в первую же зиму. Казалось бы, что может быть хуже? Увы, самое страшное вовсе не это.
Одна из бетонных плит мемориального комплекса Саласпилс установлена на месте бывшего детского барака. Люди до сих пор приносят к ней игрушки и цветы в память о тысячах детей, замученных в концлагере: у малышей выкачивали кровь для переливания раненым солдатам вермахта. С 1991 г. власти Латвии целенаправленно объясняют гражданам страны: дескать, это советская пропаганда. Никто кровь у детей не брал, да и вообще тут был не лагерь смерти, как Освенцим, а лишь… «воспитательно-трудовой». Новая выставка в здании мемориала, открывшаяся этой зимой, и вовсе утверждает: в сети концлагерей вокруг Саласпилса погибли не 100 тыс. человек (официальные данные СССР), а «всего» 2-3 тыс.
«Младенцы тихо умирали»
Скульптурные композиции построенного в 1967 г. мемориала находятся далеко не в лучшем состоянии. Их давно не реставрировали: бетон уже начал крошиться, статуя «Несломленный», изображающая умирающего военнопленного, изрядно поросла мхом. Новая экспозиция (на неё якобы потрачено 300 тыс. евро) разместилась в основном здании музея - сером помещении на входе с надписью: «За этими воротами стонет земля». На стенах нет фото истощённых детей, зато есть письма родственников латышским заключённым: «Посылаю тебе масло и свинину...» Вот, мол, как хорошо жилось в лагере. На интерактивном экране можно посмотреть двухминутные интервью бывших узников Саласпилса. Пожилая русская женщина рассказывает: «Меня и двух моих сестёр в этот лагерь отправили, когда отец ушёл в партизаны. Немцы и полицейские отобрали детей у матерей и отвели в отдельный барак. Там мы были предоставлены сами себе. Поразили груднички, которые даже не плакали. Они просто лежали и тихо умирали». Малыши в Саласпилс попадали следующим образом - в бараки помещали мирное население, угнанное из Витебской, Псковской и Ленинградской областей: в результате карательных операций, дабы лишить партизан поддержки. Только в марте 1943 г. на эту поляну среди деревьев привезли 20 тыс. женщин с сыновьями и дочерьми. В «Акте об истреблении детей в Саласпилсcком концлагере» (от 5 мая 1945 г.) бесстрастно зафиксировано: «При раскопках лишь пятой части территории комиссия обнаружила 632 детских трупа предположительно в возрасте от 5 до 9 лет, трупы располагались слоями... Грунт пропитан маслянистым веществом и перемешан с пеплом, содержавшим останки несгоревших человеческих костей - зубы, суставные головки бёдерных и плечевых костей». По тогдашним советским оценкам, в Саласпилсе погибли от 5 до 7 тыс. детей.
«У нас забирали кровь!»
Зато латвийское правительство сражается с убитыми нацистами детьми по полной программе. Участник комиссии историков при президенте Латвии Карлис Кангерис заявлял, что в лагерях Саласпилса «не было массового уничтожения людей». Факт смерти тысяч узников в первую же зиму 1941/1942 гг. для него не аргумент. Другой латышский историк, Рудите Виксне, утверждала на конференции: «Советская пропаганда сочиняла мифы о Саласпилсском концлагере - это неправда, что у детей там выкачивали кровь». Две бывшие узницы Саласпилса вступили с Виксне в публичную перепалку, сказав, что персонально у них немцы забирали кровь в больших количествах. На что получили феерический ответ: «Вы же не знаете, для чего её брали, возможно, для анализов». Это называется - хоть стой, хоть падай. Объяснение такому поведению простое: Саласпилс охраняла латвийская рота СС под командованием оберштурмфюрера Конрадса Калейса, причастного (по сведениям Центра Симона Визенталя) к смерти 30 тыс. человек. Отправку в бараки людей с железнодорожной станции тоже осуществляла латвийская «вспомогательная полиция». В новой экспозиции об этом ни единого слова, как будто жители Латвии никогда не служили в СС и не участвовали в массовых убийствах советских военнопленных, евреев и мирных жителей, включая совсем крохотных детей.
Земля, полная костей
«Концлагерь уже изображается чуть ли не курортом, - говорит мне рижский бизнесмен Алексей Семёнов. - Число погибших уменьшают с каждым годом. Ещё немного - и наверняка станут объяснять: для узников там были спа, массаж и солярий». Эта точка зрения не кажется абсурдной, если вспомнить последние скандалы. Например, в 2015 г. ЮНЕСКО из-за протеста Латвии отменила в Париже выставку «Угнанное детство» о малолетних узниках Саласпилса. Как сочли латвийские власти, экспозиция «вредит имиджу республики». То бишь получается, самые отвратительные преступления нацистов правительство Латвии рассматривает как свои собственные. Местные историки постоянно твердят: «Ну какой же это концлагерь? Газовых камер нет, крематория нет, как в Освенциме или Дахау. Значит, всё в порядке, обычная тюрьма, полицейское учреждение». Хотя на территории Саласпилса из земли до сих пор достают осколки человеческих костей. Люди десятками тысяч умирали от голода, морозов и жестоких условий труда: их заставляли по 14-15 часов работать впустую - просто копать землю на одном участке и переносить на другой. При отступлении в 1944 г. немцы сожгли почти все бараки и заодно архивы концлагеря. Для латвийских «учёных» это повод с апломбом заявлять: советские данные о 100 тыс. жертв выдуманы - дескать, больше двух-трёх тысяч быть никак не могло. Откуда они сами взяли такие цифры?
Объяснений нет. Зато внутри мемориала уже имеется новая табличка: «В лагере погибло 1000 евреев, 1000 военнопленных и несколько сотен детей». Зачем так врать? В голове не укладывается... Впрочем, это ещё цветочки. Отдельные политики Латвии вообще предлагали снести мемориал Саласпилса как «слишком мрачный» и разбить там… цветочные клумбы. Комментировать я ничего не буду, оценку их действиям тут должен давать психиатр.
Холод слегка подмораживает памятники Саласпилса - на лепестках цветов роса превращается в кристаллы льда: весна в Латвии наступает неохотно. В своё время один польский журналист сказал мне: «Скоро мы услышим, что Вторую мировую войну начал Советский Союз, а немцы были культурными людьми». Оправдание нацизма происходит уже сейчас на наших глазах. К счастью, ещё живы очевидцы событий, способные это опровергнуть. Но когда не станет и их - останется сплошная ложь. Хуже той, которая процветает в Латвии вокруг могил детей Саласпилса.
Георгий Зотов."
